- Павлуша, что случилось? - спросила Мама-Маша.

- Полотенце и плавки! Быстро! - приказал Пал Палыч. - Я не человек, пока не окунусь в реку. В городе - пекло, люди гибнут, превращаясь в горячие пироги!

Так мы в третий раз пошли на реку. Вода была черная. Пал Палыч и Витя кинулись в нее с ужасным воплем и скрылись надолго. Потом кинулась в воду Мама-Маша. Сам не зная почему, кинулся в этот кошмар и я.

На обратном пути Витя сказал:

- Знаешь, пап, Пиратыч все-таки полюбил купаться.

Я хотел протестующе гавкнуть, но промолчал, подумал: к счастью, уже ночь и нам не придется купаться в четвертый раз. Но я ошибся. Пришлось.

Жара не спадала даже после ужина.

- "В воздухе пахнет грозой... " - пропел Пал Палыч.

- Уж как надо бы! - вздохнула тетя Груша. - Сушь не ко времени. Не погорело бы все в поле и в огородах.

Спать все легли на полу на террасе. Но только мы заснули - вдруг... Не могу этого описать. Что-то лопнуло, опять лопнуло и снова лопнуло с ужасающим треском и пошло молотить по нашей крыше молотками.

- Ура-а! - закричали Витя и Пал Палыч и застучали по крыльцу голыми пятками.

- Белье, белье у меня на веревках! - закричала тетя Груша и промчалась мимо меня, опрокидывая стулья.

- Павлуша, окна закрой! - закричала Мама-Маша, и мне показалось, что в доме разбилась сразу вся посуда.

Из-под кровати меня вытащил Витя. Он был в одних трусах и весь мокрый. Он прыгал.

- Скорей, Пиратыч! Какой бешеный ливень! Ничего не видно!

Чему он обрадовался? Действительно, видно ничего не было. Отовсюду лилась вода: с неба, с крыши, с Пал Палыча, с тети Груши и мамы Маши. Они катили бочку к водосточной трубе, из которой бил столб воды. Фома сидел на перилах террасы, но и с него уже натекло на пол.

А Витя скакал по самым глубоким лужам, как будто мало было воды сверху.

- "Играют волны, ветер свищет!.. " - вопил он и хохотал во все горло. Ко мне, Пиратыч, ко мне, мой храбрый пес!