- Я же говорил, это - мазохизм.

- Какое у нее лицо?

- У нее веки тяжелые. А лицо Ботичеллевское.

- Может, она и художница?

- Не угадала. Но она рисовала, иногда покупала акварели.

- Как ее зовут? - продолжала Лена бесстрастно.

- Маха, я звал ее Махой, ты помнишь женщину с картины Гойи?

- Да... вроде... Слушай, ты полюбил ее сразу?

- Это было странно. В тот момент и потом... меня не отпускало чувство предрешенности. Я просто знал, что это наступило. Поделать ничего нельзя. Я не мог оторваться от ее лица... оно пугало меня - это было именно такое лицо, какое я видел раньше внутри себя, это было оно. Она сидела живая напротив меня и говорила о художниках и книжках, и это были мои мысли.

"Иногда я видел ее профиль с тяжелыми волосами, поднятыми вверх, и думал, что не вынесу этого", - додумал Вадим про себя.

- Она взяла тебя сразу, всего целиком, не спросясь и не раздумывая! спросила Лена с оттенком такого сложного чувства, что Вадим внимательно посмотрел на нее и быстро сказал:

- Все, давай остановимся.

- Один вопрос. Почему вы расстались? Ведь вы не должны были расстаться? - она, очевидно, ожидала слов разубеждения, но он не заметил ее игры и не распознал внутреннего призыва. Он только сказал изменившимся голосом:

- Эти годы я не заметил. Я просто ездил к ней.

- Ведь она любила тебя?

- Да... Только потом... она стала звонить мне в Питер, просила не приезжать. Она уставала и хотела порисовать. А я все больше чувствовал тоску без нее, я пропадал. Я не мог себе представить что-нибудь такое, пока не пришел тот день. Когда же наступил тот день, она сказала, что любит другого и выходит за него замуж, - Вадим неуклюже покраснел, не в силах справиться со своими чувствами. - Потом я вернулся в свой дом, я вернулся в свой дом, повторил он, не замечая жены, - но ничто уже не вернулось ко мне ни тогда, ни после.

Лена вздрогнула. Лицо ее исказилось, и она вне себя отвернулась от мужа. Казалось, она ждала каких-то слов. Не дождавшись, открыла карту города и долго бессмысленно глядела на нее. Затем достала из сумочки адрес, по которому они ехали, и принялась разбираться в лабиринте спальных районов.