Извини,- сказал Неделин и взял чемоданы.- Извини, у меня, брат, нервы не в порядке.

Бывает,- сказал парень.

Неделин уже открыл ногой дверь - администратор его окликнул.

Чего? - издали спросил Неделин. Администратор поманил его пальцем. Он вернулся.

Есть одно бронированное место. С утра должны занять, не заняли. Но учти, если человек появится, освободишь.

Судя по его искреннему лицу, это была явная ложь, никакой человек не должен появиться.

Ты не сердишься? - спросил Неделин.

Будем вселяться?

Конечно. Ты скажи прямо - сколько?

Нисколько.

Ну за стекло хотя бы?

Стекло? Рублей десять, не больше. Уплатишь потом, под расписку.

Ты серьёзно?

Абсолютно.

Смутно, плохо было на душе у Неделина, когда он ехал с ключом от номера на двенадцатый этаж, думая о загадочности администратора. За что он его ударил? - и так быстро, не успев даже пожелать этого, рука сама поднялась и ударила; тут Витино наследство сказывается, не иначе.

Глава 11

Для него настали дни свободы и одиночества, он был волен делать всё, что заблагорассудится, и первое время ничего не делал: лениво валялся на пляже, лениво читал газеты и журналы, купленные в киоске, и размышлял, что бы такое учудить. Хотелось - необычного. Например, отбить телеграмму Лене на адрес ресторана "Россия" с приглашением в Сочи. Но - не поедет. Да и влюблённость помешает, ведь он в неё, если признаться, всё ещё немного влюблён, а хочется чего-то без влюблённости, лёгкого, пусть даже и развратного, но без утомительности, которая всегда сочетается с настоящим развратом. Чего-то похожего на эту вот обложку журнала, где - красавица в купальнике у берега моря. Есть море, есть красавицы, есть деньги, нужно выбирать.

Смотри, Вася, какая баба!

Баба классная!

Такой разговор услышал Неделин на пляже и обратил внимание на объект обсуждения. Сказанное было правдой. Но было сказано и ещё: