Погода в Старице была отвратительной - весь день дул сильный ветер, а часов в пять дня пошел холодный дождь, который шел часов до трех ночи, так что крестный ход мы совершали чуть ли не бегом, хлюпая ногами по лужам. Понятно, что народу в храм пришло не очень много, но я был просто счастлив простоять ночь в церкви. Потом о. Гермоген оставил меня на праздничную трапезу, и мы до самого утра говорили о вере, литературе и России...

На другой день я немного побыл у своих друзей - врачей здешней больницы Виктора и Валентины Хотулёвых (Виктор помимо врачебной практики занимается ещё журналистикой и краеведением), а потом опять ушел в храм и оставался там с отцом Гермогеном...

Когда шел по мосту через Волгу, в голове само собой родилось такое четверостишие: "Над Старицей - ветер. Деревья качаются. / В ветвях раздраженно кричит вороньё. / Над Старицей - Вечность. Течет, не кончается... / О, Господи! Как переплыть мне её?.."

* * *

...На обратном пути я всю дорогу смотрел в окно автобуса и поражался: самые красивейшие места России - обязательно испоганены! Что ни живописный берег или поляна, то тут же - какие-то торчащие трубы, горы металлолома, мусорные свалки, цементные заводы или что-нибудь в таком же духе. А такая природа вокруг! Леса - точно шитье ручной работы: двух одинаковых берез, как двух одинаковых узоров, не встретить...

16 апреля, понедельник. С сегодняшнего дня Марина работает в Исполкоме Международного сообщества писательских союзов (МСПС), куда её взяли консультантом по славянским литературам. До этого она четыре года перебивалась всякими временными заработками - брала интервью для "Парламентской газеты" и журнала "К единству", писала статьи для журналов "Свет" ("Природа и человек") и "Мир библиографии", выполняла какие-то другие разовые поручения. Сколько я ни просил своих друзей помочь подыскать ей постоянную работу, никто фактически не пошевелил и пальцем, так что она в последнее время даже начала испытывать чувство дискомфорта из-за своей непристроенности.