Правда, потом у станции оказалось, что были Снежная Королева и Лаковая Молния. Просто они бесшумно скользили спереди и сзади, как невидимое прикрытие.
А Мохнурка болтал, что ему кажется, что Мехмеху кажется, что, кажется, есть какая-то опасность для интерната. Со стороны Темнотюра и проверяльщиков. И что Мехмеху это кажется зря. Потому что погода прекрасная, особенно ночью. Темнотюр просто пьяница. И вся его компания такая. А выясняльщики просто выясняют и проверяют.
На станции Люсина охрана спряталась в темень.
Подошла электричка.
В пустом вагоне было тепло и уютно. Две бабушки вязали на спицах.
Люся пристроилась к ним и задремала.
Жахтриль она решила не есть. А показать завтра в школе своей задушевной подруге Кире Тарасовой.
Междуглавие четвертое. ТАМ МОХНУРКА, ЗДЕСЬ КИСЕЛЕВ
С жахтрилем вышла история.
Люся вынула его из сумки с учебниками и положила в стол. И пошла к ребятам. А когда вошла в класс на урок, жахтриля не было.
— Кто взял жахтриль? — спросила она у Киры Тарасовой.
— Не знаю, не знаю, — сказала Кира. — Я видела здесь только фиолетовый кошелек, набитый вареньем.
— И где он?
— Его Киселев у меня выхватил.
— Эй, Киселев, отдай жахтриль!
— Нет у меня.
— Отдай, тупица.
Люся допустила ошибку. Потому что разозлилась. Киселев разозлился еще больше:
— Сама ты тупица! Брюква несчастная!
Я вижу, на третьей парте бушуют страсти, — сказала, входя, учительница Ирина Вадимовна. — Поэтому я прощу Брюкину пойти к доске.
Люся безрадостно отправилась за отметкой. Урока она не выучила.
— Если я правильно помню, — сказала Ирина Вадимовна, — мы проходили склонение числительных. Прошу просклонять "полторы бочки варенья".