- А вы давно в России?

- Седьмой год, - отвечал Ден.

- Вы... если не ошибаюсь... иностранец?

- Я англичанин.

- И так хорошо говорите по-русски.

- О да. Я еще в Англии учился по-русски, и теперь опять седьмой год изо дня в день с крестьянами; что ж тут удивительного!

- Вы, свыклись и с нашим народом и с нашими порядками?

- Кажется, - улыбаясь, ответил Ден.

- Имения князя в нашей губернии не цветут.

- Да, я это слышал.

- Вам будет много труда.

- Как везде. Без труда ничего не двинешь.

- Может быть, побольше, как в другом месте.

- Ничего-с, Нужна только система. Не нужно быть ни варваром, ни потатчиком, а вести дело систематически, твердо, настойчиво, но разумно. Во всем нужна система.

- Где же вы намерены основать свою резиденцию? - спросил политико-эконом.

- Я думаю, в Рахманах.

- Отчего же не в Жижках? Там покойная княгиня жила; там есть и готовый дом и прислуга; а в Рахманах, мне кажется, ничего нет, - заметил молодой чиновник.

- У меня на это есть некоторые соображения.

- Своя система, - смеясь, вставил помощник правителя.

- Именно.

Правитель с шляпой на голове отворил двери и сказал Дену: "Едем-с!"

Мы пожали опять друг другу руки и расстались,

3

Село Рахманы находится в соседстве с Гостомельскими хуторами, где я увидел свет и где жила моя мать. Между хуторами и селом всего расстояния считают верст девять, не более, и они всегда на слуху друг у друга. Заезжая по делам службы в К-ой уезд, я обыкновенно всегда заворачивал на хутора, чтобы повидаться с матушкой и взглянуть на ее утлое хозяйство. Мать моя познакомилась с Стюартом Яковлевичем Деном и с его женою и при всяком свидании со мной, все никак не могла нахвалиться своими новыми соседями. Особенно она до небес превозносила самого Дена.