Ему рассказала об этом Клара Северная, вдова писателя и драматурга Константина Северного. Покойный Северный был другом нашего деда. Княжко почти постоянно жил на даче Клары. Многие злые языки в Переделкино шептали нам, что он - любовник этой все еще прекрасной дамы, когда-то известной московской красавицы. Нам это было безразлично, к тому же мы не верили - все же Клара была немолода. Хотя в маленьком самодельном сборничке стихов, который нам подарил Княжко, мы обнаружили вполне эротический набросок под названием "Кларе от карла".

Нужна ли мне приморской славы

Коралло-красная звезда

И полукруглый державы?

Одежды сброшу без стыда

И в твою нежную малютку

Введу своей природы шутку.

Ты подарила мне кораллы

Своей девической судьбы,

А я своим кларнетом ржавым

Водил по струнам наготы.

Шевелящейся листвою

Наготу свою прикрою,

Прокрадусь в телесный сад

Детских, дерзостных услад.

Белым карлой наклоняясь

Над твоим горячим телом,

Я шепчу и извиваюсь,

Изможденный этим делом:

Она, она, она. Она - не я. Она - не я.

Она - не я. Онания.

- Стихотворение начинается как описание любовного соития, кончается же в духе онанистической грезы. Что же вы все-таки описываете - онанизм или половой акт? - спросили мы.

- Конечно, онанизм, - успокаивающе ответил Княжко. - Я бы сказал: онанистический пакт. И вообще, любовь это всегда соглашение, - неожиданно прибавил он. - Недаром раньше часто говорили "любовный договор".

На наш вопрос, кто еще входил в группу "Советский Союз", Княжко ответил, что кроме нашего деда и Константина Северного, членами группы были Понизов, Карпов и Егоров, а также еще несколько человек, о которых он не знал. Все бывшие фронтовики. Понизов и Егоров были ближайшими друзьями деда. Мы знали их с младенчества. Кажется, они воевали вместе.