- Дочка, мне не нравится твое настроение, - сказал Советчик. - Это я тебе как отец говорю. И ты должна в конце концов слушаться меня. Не говорю уж о том, что я Советчик.

- Старенький ты стал, отец, какой старый! Совсем старый! - проговорила Поющая, жалея его.

И он жалел ее...

Скорпионы танцевали, причудливо извиваясь. Но не каждый по себе, а парами: Скорпион и Скорпионка, Скорпион и Скорпионка. Они даже не смотрели друг на друга, а водили затуманенными глазами по сторонам. Барабанщик тихонько перестукивал ритм палочками.

Все это было и странно, и смешно Ящерице: барабаны нужны для того, чтобы бить в них, призывая в бой, изо всей силы. А танцы... У них, в Роде, все покатились бы со смеху!

Тогда Ящерица решилась, и начала свой танец. Она плясала лихо, победительно. Все остановились даже, глядя на нее. Сила, временно иссякшая свобода, почти животная грация были в этом танце. И предвестье будущих побед.

Похититель был смущен, обращался к людям:

- А что, неплохо?.. Неплохо, а? Во всяком случае, своеобразно. И, во всяком случае, необычно...

Поющая заметила:

- Конечно, не слишком приятные телодвижения. Но, наверно, у них в Роде все так танцуют? Словом, не будем осуждать. Сначала я ее не любила, но теперь я буду ее любить. Хочу дружить с ней. Переведи, Рыжий.

- Хочет дружить с тобой, - перевел он.

- Как хорошо она вас понимает! Наверно, ее Род и твой Род живут близко?

- Близко, близко...

- Совсем близко? Там, откуда вы нас прогнали? Ладно, шучу... А танец что-то в нем такое есть. И этому не так трудно научиться. - Барабанщику. Ну-ка...

И стала плясать, и это у нее получилось не хуже, чем у Ящерицы. И все были поражены. И даже зааплодировали, хлопая ладошками по плечам.

- Так? - спросила Поющая у Ящерицы.

И та вынуждена была признать.

- Так...

- Рыжий, спроси ее, не хочет ли она со мной погулять? Я ей все здесь покажу, у нас хоть нет леса, но по-своему все равно красиво.