— Что я вам должен? — повторил профессор.

Вальке, коль такое дело, прибросить бы на счетах: согласно прейскуранту да и удовольствоваться этим, a ему, знать, обидным показалось упустить «законный» рубль.

— Спрашиваете, будто первый раз в жизни подстригаться сели, — выдал.

Сказано было на манер шутки, но все равно грубовато получилось, с явным намеком. Профессор тем не менее ответил спокойно:

— Вообще-то не впервые, но к будущему ударнику сел первый раз и таксу еще не изучил.

И-и, какой штучкой обернулся старик: не изучил! Что, Валька меньше выкладывался, чем обычно делал это он, Похламков? Или в мастерстве уступает?

— Так сколько с меня?

— Десять копеек, — ляпнул Валька, встряхивая с резким хлюпающим звуком простыню, только что снятую с профессора.

Профессор принял вызов:

— Все, Иван Федорович, потеряли вы клиента: oтныне буду иметь дело только с ударником.

Выложил на стол гривенник.

Подошла с половой щеткой в руках Феня, принялась заметать осыпавшиеся на пол волосы. Это послужило сигналом парню, ожидавшему своей очереди, он шагнул к освободившемуся креслу.

— Куда лезешь без приглашения? — накинулся Валька. — Видишь же, уборка не сделана!

Тот было опешил, но быстро нашелся:

— Извините, больше не имею времени ждать.

Протянул Вальке пятерку.

— Нет у меня сдачи, — рявкнул Валька. — Вон вся наличность — гривенник.

— Тогда скажите, сколько с меня, займу у товарища.

— Сорок пять копеек.

— Что, съели? — пульнул от двери профессор. — Вели бы себя смирно, как я, гривенник заплатили бы, а то лезете в кресло без приглашения…