В гостиной все дети Пушкиных, кроме Натальи. Вызванный из Москвы нарочным Александр Александрович, полковник в отставке; приехавший из Михайловского Григорий Александрович, ротмистр, адъютант командира гвардейского корпуса; только что прибывшая из тульского имения и еще не опомнившаяся от того, в каком виде застала мать, Мария Александровна Гартунг. Здесь все три девушки, дочери Ланских; Александра, Софья, Елизавета и сам генерал Ланской – заметно постаревший и поседевший за эти дни, как-то сразу потерявший свою военную выправку.

Наверху под приглядом нянюшки – переселенные теперь в самую отдаленную комнату маленькие внуки, дети Натальи Александровны, Леонтий и Наталья. Оттуда в эту мертвую тишину гостиной иногда доносятся неясные звуки: детский говорок, смех или плач, свидетельствующие о том, что жизнь идет по своим законам. А здесь – все в мучительном ожидании непоправимого человеческого несчастья.

Слуги бродят тоже как потерянные. В доме беспорядок, точно семья собралась к выезду.

Младшая, Лизонька, – с печальным, похудевшим и заострившимся личиком, с темными подглазьями от бессонных ночей, с прекрасной русой косой до колен – держит в руках снятые туфли и в чулках осторожно пробирается к матери, мимо комнаты врачей и сестер милосердия.

Наталья Николаевна лежит с открытыми глазами. Она видит дочь, и тепло загорается в ее отрешенном взгляде. Лизонька – олицетворение молодости, прекрасной, неповторимой поры человеческой жизни. Где она, ее, Натальи Николаевны, молодость?

Имение Гончаровых – Полотняный завод – неподалеку от Калуги. Еще в XVIII веке построили там трехэтажный «лазоревый дворец» в девяносто комнат. В поместье Полотняный завод – бумажная фабрика, конный завод с великолепным манежем. Густой парк с тенистыми аллеями там и тут украшают искусственные многоцветные гроты и двенадцать ухоженных, окаймленных болотными лилиями прудов. А в оранжереях, на удивление всем, выращивают даже ананасы.