Дорогая Джуди!

Доктор Робин Мак-Рэй зашел сегодня познакомиться с новой заведующей. Когда он в следующий раз посетит Нью-Йорк, пригласи его, пожалуйста, на обед и посмотри сама, что наделал твой муж. Джервис — гнусный обманщик. Подумай только, он внушил мне, что одно из главных преимуществ здешней жизни — ежедневное общение с таким блестящим, культурным, ученым человеком, как доктор.

Он высокий и худощавый; у него песочные волосы и холодные серые глаза. За тот час, что он провел в моем обществе (а я была самой любезностью), даже тень улыбки не смягчила жесткой линии его рта. Может ли тень смягчать? Кажется, нет. Во всяком случае, что с ним такое? Совершил он ужасное преступление или его молчаливость надо приписать тому, что он — шотландец? Он общителен, как могильная плита!

Кстати, я понравилась нашему доктору не больше, чем он мне. Он считает меня легкомысленной, непоследовательной и совершенно неподходящей для этого ответственного поста. Полагаю, что Джервис уже получил от него письмо с просьбой меня уволить.

Беседа наша совершенно не клеилась. Он философствовал на тему «Чего недостает общественному попечению о беспризорных детях», а я легкомысленно сетовала на безобразную прическу наших девочек.

Чтобы доказать правоту своих слов, я позвала Сэди Кэт, мою сиротку для особых поручений. Волосы ее стянуты назад так туго, точно их завинтили гаечным ключом, и заплетены в два поросячьих хвостика. Конечно, сиротские ушки прикрыть надо, но доктору Робину Мак-Рэю совершенно наплевать, красивы у них ушки или нет, его интересуют только их желудки. Разошлись мы и по вопросу о нижних юбках. Не могу себе представить, как будет девочка уважать себя, когда на ней красная фланелевая юбка, на полтора неровных вершка торчащая из-под синего ситцевого платья, но он считает, что фланелевые юбки очень жизнерадостны, теплы и гигиеничны. Я предвижу для новой заведующей весьма воинственное царствование.

Правда, у нашего доктора есть одно достоинство: он почти такой же новичок здесь, как и я, и потому не сможет читать мне нотаций о традициях приюта. Я не думаю, что могла бы работать с прежним врачом, который, судя по образцам его искусства, понимал в детях не больше, чем ветеринар.