Алексей сразу почувствовал к нему острую ненависть.

— Вы поняли, за что я вас ругаю? Поняли?

— Красный обоз нужно было организовать.

— Браво, молодцы!

Рыжий вдруг подпрыгнул и выделал ногами телячий фортель. Алексею стало смешно и потеплело: «А, пожалуй, хороший парень?»

— Эх вы, чортушки, — совсем поласковел рыжий и, взяв за плечи ребят, повел их к столу.

Уселись на мешки с рожью, заменяющие стулья.

— Ну-ко, давайте обмозгуем, как это все исправить. Сколько вы еще привезете?

— У нас всего пятьдесят пудов.

— Чорт, маловато! Во главе обоза хорошо бы подвод шесть и надпись: от комсомольской коммуны. Эх, я бы сфотографировал!

— У нас и лошадей-то две…

— Лошадей найдем. А сколько вы, ребятки, сеяли? — спросил он невзначай.

— Три десятины.

— Ай-ай-ай, неурожай, значит, был, — посочувствовал рыжий.

— Нет, у нас перед другими лучше всех.

— Пудов, значит, восемьдесят десятинка?

«Вот чорт, угадал», подумал Алексей, и его охватила смутная тревога.

— Сколько же вас в коммуне?

— Восемь человек, — угрюмо ответил Ферапонт.

Все молчали. Исподлобья оглядывая неприятного рыжего, Ферапонт грыз соломинку. Сам рыжий водил пальцем по столу.

— Как раз пять подвод у вас!

— Как так?

— Да еще сто пудов излишков. Самых настоящих…

— Ну уж… — замялись ребята…

— А вот считайте: двести сорок пудиков урожаю, пятьдесят привезли. Сто привезете. Остается девяносто пудиков. Это по одиннадцати пудов на брата. Хватит и останется… Особенно я вам дам рецепт добавлять в хлеб картошки — это объеденье. Хлеб получится пышный, легкий…

«Ах ты, рыжая сволочь! — думал Алексей. — Хорошо, что еще не знаешь про семнадцать пудов с опытного поля…»

Уехали, везя бумажку с подписью и печатью райкома, где предлагалось коммуне сдать излишки в размере ста пудов, кроме привезенных, и пожелание организовать красный обоз не менее как из тридцати подвод.