— Товарищ, а сигареты забыли?

Он взглянул и обмер. Зайцев! Петро!..

В высокой фуражке, обтянутой прозрачным целлофановым чехлом, в темно-синем щегольском плащ-пальто, какие носили американцы, чуть располневший, но по-прежнему молодцеватый, Петр никак не мог прийти в себя от восторга.

— Старик! Подумать только, опять вместе! И где? В родимых северных пенатах, у черта на куличках! — воскликнул он и принялся трясти за плечи Максимова. — Такой же! Все такой же! Помолодел без бороды и вроде плотнее стал. Это что — для солидности? Как-никак капитан второго ранга. Фигура!

— Да, ты прав. У этой фигуры уже брюхо растет.

— Нет, сначала скажи, как ты?.. Где служишь?

— Знаешь, есть такие кораблики, пахари моря называются. Я там командир дивизиона.

— Да ты брось загадки загадывать. Тральщики, что ли?

— Угадал.

— Стало быть, ты в самом фокусе жизни?

— Вроде так.

— А я недавно из Америки. В нашем торгпредстве делами ленд-лиза занимался. Мог безбедно прожить до конца войны, если бы совесть не мучила: ты в сытости, а люди там жизнь отдают… На флот потянуло. Штук десять рапортов подавал, с трудом добился перевода.

— Вот видишь, и ты за границей побывал.

— Ну ее… эту заграницу, не мог дождаться обратной визы.

— Понимаю. Сам рвался из Испании домой. Идем ко мне.

— Нет, не могу. Должен представиться начальству и получить назначение.

— Куда же ты думаешь?

— Хочу на корабли.

— Давай к нам, не пожалеешь…

— Что ж, это идея!

— Ну беги, беги. На обратном пути в любом случае заскочи ко мне. Вон мои чижики стоят. — Максимов показал рукой в сторону гавани, где прижались бортами маленькие широкопалубные корабли «амики», точно близнецы похожие друг на друга.