Беседа с Антониной Степановной много времени не потребовала. Та не смогла сообщить ничего интересного ни об одном из вчерашних посетителей. Внимание ее привлекла только семья одного дипломата, точнее, его жена, цветущая дама в каком-то необыкновенном туалете. Что же касается "самого" и их сына, то те, по словам Антонины Степановны, были "почти што как наши".

Закончив беседу, Виталий направился в большую угловую комнату, где, по его расчету, находилась Светлана Горина. "В конце концов я же обязан с ней побеседовать", - думал он.

Но в комнате никого, кроме Откаленко, не было. Увидев Виталия, Игорь спросил:

- Ну, какие мысли?

- Ты тут не видел...

- Некую белокурую особу? - хитро прищурил голубые глаза Откаленко.

- Не особу, а их научного сотрудника, Горину.

- Видел. Желаешь побеседовать?

- Именно.

- Понятно. Она через час освободится. Готовит срочный запрос.

- Откуда ты знаешь?

- Милый, я оперативник или кто? - И уже совсем другим тоном Откаленко добавил: - А вообще дело это поднять будет, ох, как тяжело!

- Этот портсигар найти надо во что бы то ни стало, - горячо ответил Виталий.

- Ты так решил?

- А ты как решил?

- Ты, я... Это не имеет значения. Вот как они решат, - и Откаленко показал на дальнюю дверь. - Но ты представляешь себе, какое это дело?

- Я-то многое чего представляю, - чуть рисуясь, заметил Виталий. Например, что преступник здесь не обычный.

- Да, преступник тут не обычный, - насмешливо подтвердил Откаленко. Ты иногда потрясающе проницателен, уважаемый.

Разговор на следующий день получился тягостный и неприятный.

- Тебе что, больше всех надо? - напористо спросил Свиридов, горой навалясь на стол. К потному складчатому лбу его прилипли желтые пряди волос, глаза под припухшими веками глядели сердито.