Скорее на работу, на какую угодно, лишь бы хоть немножко помочь ей!..

Я пошёл в железнодорожные мастерские. Разыскав мастера Чеботарёва, начал было объяснять ему цель моего прихода, но он не дал договорить:

— Знаю, работа тебе нужна!

Я кивнул головой.

— Жаль, конечно, что не можешь дальше учиться. Слыхал, способности у тебя большие. Ну ничего, повариться в нашем котле тоже не мешает! Пошли…

Он повёл меня к начальнику мастерских, сказал тому, что я хочу поступить на работу, что меня можно принять учеником токаря, — парень я грамотный, школу железнодорожную с отличием окончил.

Начальник поправил пенсне, внимательно посмотрел на меня, взял карандаш.

— Как зовут?

— Иван Силин.

— Силин?.. Знакомая фамилия! Постойте, это не тот ли машинист Егор Силин, которого после пятого года выслали из Петербурга и отдали под надзор полиции?

— Так точно, это его сын. А год назад Егор Васильевич сложил голову за царя и отечество! — ответил Чеботарёв.

— Это ничего не значит! Была бы его воля, он поступил бы совсем по-другому… Так, так, сын Егора Силина, значит, — начальник ещё раз посмотрел на меня. — Ладно, я приму его. Но, молодой человек, не советую вам идти по стопам отца! — Он написал и протянул мне записку.

Я изо всех сил сдерживался, чтобы не нагрубить ему.

Спускаясь по лестнице, я спросил Чеботарёва:

— За что отца выслали из Петербурга и отдали под надзор полиции?

— Ты про большевиков, про Ленина слыхал?

— Нет.

— Придёт время — услышишь… Твой отец был большевиком-ленинцем.

Большевики-ленинцы, — кто они такие, почему власти боятся их? Всю дорогу домой я думал об этом.

Дома спросил маму: кто такие большевики-ленинцы?

— Кто тебе сказал о них? — встревоженно спросила она.