– Так о чем Большой Босс тебя спрашивает? – поспешно вмешался Вадька.

Кисонька немного помолчала, готовая отбрить любое Севкино высказывание. Но тот сидел мрачный и насупленный, уставившись в стол, и, похоже, ничего перед собой не видел. Кисонька не выдержала – снова захихикала.

– Представляете, он спрашивает, как наша семья выжила в той страшной катастрофе, которая стерла наш город до основания! И все ли последствия ликвидированы или до сих пор сказываются… По-моему, он хочет выяснить, не бродят ли у нас тут ожившие мертвецы по улицам! – Кисонька захохотала.

Вадька бросил переполошенный взгляд на экран, где маленький американский городок утопал в зеленой слизи. Потом настороженно покосился за окно и успокоился – на улицах никакой зеленой слизи, одна сплошная мокрая грязь.

– С чего он взял, что наш город стерт до основания? – Мурка так удивилась, что даже книжку оставила.

– А с того, что в 51-м году прошлого века он вдруг исчез со всех карт. И только после 91-го появился снова. Вот он и думает, что или мы тут от эпидемии вымерли, или взрывом город по кирпичику разнесло, и его сорок лет заново отстраивали! – заливаясь смехом, рассказывала Кисонька.

Мурка хмыкнула, покачала головой… и снова уткнулась в книгу. Похоже, она отлично понимала, в чем тут прикол и куда их город подевался с карт на целых 40 лет. Зато Вадька пребывал в легком обалдении, не хуже Большого Босса. Он вообще впервые слышал, что их города не было на картах! Как же не было – вот же он, город, здоровущий, на двух берегах Днепра! Но если город исчезал с карт, получается, Большой Босс прав – такое бывает только при какой-нибудь жуткой катастрофе.