Да. Ты садись.

Ф и л я (садится). Жиличка ваша дома?

А н ю т а. Нету.

Ф и л я. Вот ты не велишь у нее деньги брать. А почему не взять? Она, говоришь, чай с баранками пьет; а другому человеку не на что кваску купить, тюрьку сделать. А в ресторане Тестова, рассказывают, купец Зворыкин на пари пять фунтов икры съел.

А н ю т а. И что?

Ф и л я. Завтра хоронят. Не отходили доктора. Пять ведь фунтов! А сейчас иду к вам - стоит молодой такой да ладный, ругается: два дня, говорит, не евши, и работы не дают нигде. Ишь оно на свете как получается.

С у ш к о в (Бутову). Вот посмотри на этого человека. Таким и я буду, ежели потеряю свою линию... (С силой.) Нет! Не дождется Серега!

Входит М а р ь я А л е к с е е в н а.

М а р ь я А л е к с е е в н а. Филя! Иди на кухню пить.

С у ш к о в (гневно). Сюда подай! Я те дам - на кухню... В гости человек пришел!

М а р ь я А л е к с е е в н а. Матушка, владычица... (Уходит, Анюта за нею.)

С у ш к о в. А ведь ты тоже был хороший рабочий, Филя.

Ф и л я. Я-то? Я, Степаныч, все делал хорошо, слава богу. Я орел был! Помню, бывало...

А н ю т а вносит чашку и хлеб.

Спаси Христос, Анюточка. (Пьет с жадностью.)

С у ш к о в. И вот: дурацкий случай, и в богадельне кончаешь век. (Уходит в кухню.)

Ф и л я. Анюточка! Было письмо от Павла аль не было?

Анюта отрицательно качает головой.

Я у Степаныча уж не допытываю. И у Алексеевны не допытываю. Ах, господи, господи!

Бутов уходит в свою комнату.

А н ю т а. Дедушка! Знаете что? Серега теперь с нами не будет жить.

Ф и л я. Как это, почему?

А н ю т а. Они тут разговаривали, и Серега сказал - завтра съеду. Угол, говорит, найду.

Ф и л я. Да из-за чего, Анюточка, причина-то какая?

А н ю т а. Поругались. Отец сердился на Серегу. Ох, надоело мне, дедушка! Ушла бы я, ушла отсюда... в Нескучный сад!