Н и к о л а й (причесывается перед зеркалом). Это английская мода. Кудри - явление простонародное.

С о ф ь я. Красивый ты у меня, вот горе.

Н и к о л а й. Почему ж горе? Приятная наружность украшает мужчину.

С о ф ь я. Неласков со мной. Вбок глядишь...

Н и к о л а й. Вбок гляжу для задумчивости, а совсем не от тебя.

С о ф ь я. Ну, поцелуй меня.

Н и к о л а й (целует ее и садится рядом). Всегда целую с большим удовольствием, а ты знай выдумываешь глупости... У меня мысль есть. Надо бы тебе деньги перевести в Лионский кредит.

С о ф ь я. Зачем это?

Н и к о л а й. Вчера один господин говорил за ужином Обязательно, говорил, будут беспорядки.

С о ф ь я. Какие беспорядки?

Н и к о л а й. Бунтовать народ будет.

С о ф ь я. А при чем мои деньги?

Н и к о л а й. Да вот видишь, господа переводят же. В иностранном, говорят, банке надежнее. Престол шатается.

С о ф ь я. Спаси господи! Это что же? Всю жизнь по рублю собирала... Коля! Я переведу. В Лионский кредит?

Н и к о л а й (со вкусом). Лионский кредит.

С о ф ь я. Завтра не поздно будет?

Н и к о л а й (усмехнулся). Ничего, не поздно.

С о ф ь я. Умник ты мой, надоумил. Вот мужеский ум что значит. Голубь мой... Только люби меня.

Н и к о л а й. Раз мы повенчаны, я тебя обязан любить по гроб.

С о ф ь я. В гроб-то я первая лягу. Первая на плат встала, первая в доме, первая и в могилу... Давай-ка, Коля, деньги сочтем. (Из-за пазухи, из чулка и из карманов достает скомканные кредитки, золотые, мелочь.) Никак не соберусь в банк, таскаю при себе.

Николай придвигается к столу, вместе с Софьей они любовно считают деньги.