Я, Алексеевна, обожаю хорошие свадьбы. Сам я венчался очень плохо: капиталов не было. Надел чистую рубаху, и поп нас обкрутил моментально, я и мигнуть не успел. Пришли с моей покойницей домой и смотрим друг на друга - венчанные мы аль не венчанные? Не сообразим даже... Постой, сколько тому, как я венчался? Еще при крепостном праве. Годов, должно быть, сорок. Я тогда здоровый был, ух, какой молодец!.. А покойница - худая, тонкая кость, вот как Ксеня...

М а р ь я А л е к с е е в н а. Ты это уже много раз рассказывал... Что у вас там нового?

Ф и л я. В богадельне-то? Вчера одного старичка похоронили. Моложе меня был на целых два года, а вот помер, понимаешь... А на Пятницкой дом строится, леса-то, видно, гнилые поставили - обрушились леса. Совсем молодые поубивались, рассказывают.

М а р ь я А л е к с е е в н а. Насмерть поубивались?

Ф и л я. Которые насмерть, а которые того хуже - калеками выйдут. Вон как, видишь. А рады были, должно быть, что их не побрали в солдаты... Что читаешь, Анюточка, опять роман?

А н ю т а. Роман.

Ф и л я. Давно ль я тебя маленькую на руках носил... Смешная была: ножки тонкие, как спичечки... Сколько ж тому лет? Постой: ты родилась в тот год, как мне машина руку придавила. Это, выходит, тебе шестнадцатый год. Верно, Алексеевна?

М а р ь я А л е к с е е в н а. Должно быть, верно. У нас отец счет детям ведет, кому сколько лет; а я не запомню.

Ф и л я. Сидит, роман читает, потеха, ей-богу!.. Степаныч скоро придет?

М а р ь я А л е к с е е в н а. Не знаю. Нет, верно не скоро.

Ф и л я. А где он?

М а р ь я А л е к с е е в н а. Я ж тебе сказала: у хозяйки.

Ф и л я. А, да, да, да. Посаженым отцом, да, да. И Серега там?

М а р ь я А л е к с е е в н а. Нет; Серега так пошел куда-то.

Ф и л я. От Павла письмо пришло?

М а р ь я А л е к с е е в н а. Нет. Не пришло.