Тогда Мишутка понял, что „в командировку“ — значит, ненасовсем. Он обрадовался. Слово „командировка“ понравилось ему ещё больше. Он ходил по квартире и повторял:
— Командировка… Командировка…
Он так долго играл этим словом, что оно сломалось: из одного большого слова получилось два маленьких — „командир“ и „Вовка“. Это было очень интересно! Мишутка стал приговаривать:
— Командировка — командир Вовка. Командировка — командир Вовка.
На другой день приехала бабушка и увезла Мишутку в город Бабушкин, в командировку.
Проспал всё на свете
Нет, недаром Мишутка капризничал, когда мама после обеда укладывала его спать. Он чувствовал, что это ни к чему хорошему не приведёт. Так оно и вышло.
Едва Мишутка сел в поезд, как ему тут же захотелось спать. Он начал зевать и тереть глаза кулаком. Спать нельзя ни в коем случае. Ведь не каждый день ездишь в бабушкин город. Надо всю дорогу смотреть в окно.
Мишутка ёрзал на месте, тряс головой. Он боролся со сном до последней минуты. Но сон оказался сильнее. Он закрыл Мишутке глаза и привалил его к стенке. Мягкую меховую шапку он превратил в подушку. Из шубки сделал тёплое одеяло. А колёсам вагона приказал петь колыбельную песенку. И они запели:
Попробуй тут не уснуть!
Поезд несётся вперёд, а Мишутка спит. Светлая ровная чёлка сбилась набок. Губы слегка вытянулись вперёд, будто собираются отхлебнуть из блюдечка. Нос посапывает.
А за окном друг за дружкой бегут телеграфные столбы. Как большие грибы, вырастают кирпичные водокачки. Летит вертолёт, похожий на стрекозу.
Мишутка ничего этого не видит. Он спит. Вот досада!