Стася воспользовалась тем, что Агриппина Федоровна, Наташа и Вета увлечены разговором и на нее не обращают внимания. Она разжала руку, расправила на ладони мятую бумажку и прочитала:

Дверь открылась, и в комнату сначала заглянула, а потом вошла та самая девушка с косой до колен, которая в зале пыталась заговорить со Стасей.

– Вы просили меня зайти сюда, – спокойно сказала она.

Все с удивлением посмотрели на нее. Не было в ней ученической робости в разговоре со взрослыми. К Агриппине Федоровне она обратилась просто, как взрослый к взрослому.

Вслед за ней в кабинет шумно влетел Чернилин.

– № 10 раз, № 10 два, № 10 три, четыре, пять, шесть. – Он подал ворох писем Стасе. – № 46 раз, два, три, четыре, пять, всего 16.

Дружный смех девочек покрыл слова Чернилина.

Агриппина Федоровна взяла письма и отложила их в сторону. По привычке, разговаривая, она присматривалась к незнакомой девушке. От нее не укрылось, что та одета плохо: на ногах грубые башмаки и дешевые чулки, серое, совсем не праздничное платье сшито очень просто. Но одежда нисколько не портила ее внешность. Она была высокого роста, стройная. Ее лицо было совершенно отличным от сотни лиц, встречаемых ежедневно, не только резким сочетанием черных глаз с русыми волосами и ярким цветом кожи – ее лицо было умным, волевым, властным.

Стася опять почувствовала неприязнь к этой девушке и тихо, стараясь не привлекать внимания окружающих, вышла из комнаты, спустилась вниз и передала Непроливашке шесть писем с ответами. Она соглашалась идти вместе домой и с номером четвертым, и с двадцать девятым, и с тридцать восьмым, и с сорок первым, и с номером седьмым.