— О чем еще с тобой говорить?

— Давай все выясним… Только без свидетелей…

Малешкин поплелся в казарму, а Теленков и Баранов, касаясь друг друга локтями, медленно пошли к забору…

— Ну, о чем ты хотел говорить? — спросил Теленков.

Баранов ответил на вопрос вопросом:

— Что тебе от меня надо?

— Абсолютно ничего, — буркнул Теленков.

Баранов сдвинул к переносице темные густые брови.

— Тогда прекрати свои оскорбительные выпады.

— А разве они оскорбительны? — деланно удивился Теленков. — А я-то думал, что тебя оскорбить невозможно.

Баранов грустно усмехнулся и покачал головой:

— Вот как?

— Да, именно так!

Баранов глубоко вздохнул и поднял на Теленкова глаза… В них не было ни злобы, ни насмешки, ничего, кроме просьбы.

— Павел, через дня два-три мы, наверное, расстанемся навсегда… Давай забудем все, что было между нами…

Теленков тупо смотрел в землю.

— Я знаю, — продолжал Баранов, — ты не можешь забыть тот дурацкий случай, когда я ушел с той девчонкой… Верно?

Валька Баранов попал в точку… Теленков промолчал. Баранов засмеялся…

— Так ее тоже от меня увели на второй день. И увел-то такой сопливый курсант из пехотного училища…

Теленков не мог сдержаться, чтоб не улыбнуться. Баранов, видимо, расценил улыбку как шаг к примирению и протянул руку.

— Мир?!

Теленков машинально протянул было руку, но тотчас же отдернул, резко повернулся и побежал в казарму… В какой-то степени самолюбие его было удовлетворено, однако на примирение с Барановым он не пошел… «Одно дело увести девушку от незнакомого человека. Но от друга… Это подлость… Подлецу никогда не подам руки. А Баранов подлец… Последний подлец», — думал он.

Первым в казарме ему попался Наценко.

— Где ты был?

— А что? — испуганно спросил Наценко.

— Горышич засек…