- Ну хорошо, - сдался Крылов, - рассказывайте как идиоту.

- Прелестно. А теперь я задам вам вопрос: почему на мокром полу вас сильнее ударит током, чем на сухом, если вам взбредет в голову дикая мысль ухватиться за провод под напряжением?

- Потому что вода проводит ток.

- Прелестно. Вы совершенно правы. А теперь представьте себе троллейбус под проливным дождем. Представили?

- Легко.

- Прелестно. Представьте далее, что какая-то маленькая струйка протекла через микроскопическую трещину в изоляции между, например, корпусом троллейбуса и токоведущей частью. Представили?

- Представил.

- А теперь попытайтесь представить, что произойдет, когда кто-то замкнет своим телом этот самый корпус на землю. Представили?

- Его ударит током.

- Прелестно. Но это даже Моня знает. Я спрашиваю, что произойдет не с телом, а со струйкой в трещине.

- А что с ней произойдет?

- Я не знаю, что с ней произойдет, я не господь бог, но я могу догадаться, что с ней может произойти.

- И что же с ней может произойти?

- А что вообще, по-вашему, происходит с телами, по которым течет ток?

- Они нагреваются.

- Браво! И что дальше?

- Струйка может вообще испариться!

- Гениально! Если бы вы не переменили профессию, как и мой сын, я, пожалуй, рискнул бы заказать вам перестройку дачи.

Крылов смущенно потупился.

- Итак, - продолжал Моисей Маркович, - что мы имеем на выходе? Мы имеем убитый труп и внешне абсолютно исправный троллейбус. Мы можем мерить ток утечки, сопротивление изоляции и всякие другие умные вещи, и все будет в порядке.

- До тех пор, пока в трещину опять не попадет вода?

- Именно, мой юный друг.

- А нельзя ли ее найти и устранить?

- Это в вас заговорил голос вашей новой профессии, мой дорогой следопыт. Но, как, воз, можно, вы изволили обратить внимание, троллейбус это такая довольно большая штука.