— Как видишь.

— Давно?

— Со вчерашнего дня.

Николай помог взвалить ящик на грузовик, и они отправились в помещение.

— Втроем-то мы ух как загуляем на Украине, — сказал Николай, усаживаясь рядом с другом на голом топчане.

— Как втроем? — переспросил несколько удивленный Сергей.

— А! ты еще не знаешь! — спохватился тот и завопил: — Володька! Володька!.. Егоров! Вот! — продолжал он, указывая на подходившего к ним курсанта. Сергей узнал в нем своего вчерашнего провожатого. — Это и есть третий.

— Мы уж знакомы, — перебил его тот. И три новых друга уселись вместе и начали оживленно болтать.

Случай свел новых товарищей в один взвод первой роты. Ростом они были разные. Николай стоял вторым от правого фланга, Сергей — посредине, а Владимир — на левом.

III.

Напоследок все особенно много бегали и суетились. А вот и сигнал: «повестка» или «сбор». С подсумками и винтовками выбегают курсанты. Запыхавшийся завхоз торопит какую-то отставшую подводу.

Раздается команда:

— …Станови-и-ись….

— Командир батальона, — шепчет Сергею, убегая на свое место, Владимир.

Длинная, длинная серая лента, — шестьсот человек. Роты рассчитаны. Музыканты на местах.

— Батальон, смирно. Под знамя. Слуш-а-ай. На-караул. Раз… два!.. — Ровная щетина стальных штыков.

Потом вновь раскатывается протяжная команда:

— Батальон направо. Отделениями правые плечи вперед. Ша-агом марш.

Затем — коротко и резко:

— Прямо.

И батальон двинулся под раскаты боевого марша.

На вокзале быстро погрузились в вагоны.

Двадцать теплушек с курсантами, классный вагон со штабом, а дальше — платформы с кухнями и двуколками.

Отправление было назначено через час.

Николай пошел за кипятком на станцию, Владимир — в цейхгауз — получать на троих хлеб и сахар.