У меня был замечательный дед, он научил меня видеть прекрасное. Закроешь глаза… и невольно в памяти оживает детство: луга, светлые березовые перелески, глухие заросли малины и бузины.

Мы не спеша идем по знакомой тропе. День ясный, солнечный, прохладный. Голубое, в белых барашках облаков небо.

— А знаешь, сегодня праздник… — говорит дед.

— Какой? — спрашиваю я.

— Осенняя ярмарка. Листопад на реке…

«Листопад на реке» — это звучит для меня сегодня, как строка из стихотворения любимого поэта.

Медленно кружатся листья, тихо падают на воду. Долго качаются на волнах, точно разноцветные лодочки — багровые, оранжевые, желтые, лиловые…

Мы спускаемся к берегу. Дед нагибается к воде, поднимает красный кленовый лист:

— Смотри, гусиная лапка…

Кленовый лист и вправду похож на лапку гуся.

— А этот — Царевна-лягушка! — Он показывает мне желтый в зеленых крапинах лист тополя.

И верно, совсем лягушка, только золотая!

В ту памятную осень я собрал первый гербарий. В нем были разные листья. Каждый из них будто пришел из сказки. Один походил на ковер-самолет, другой — на косматую бороду Карабаса-Барабаса, третий — на Красную Шапочку. Этот первый скромный гербарий стал моей азбукой прекрасного.

В другой раз в лесу дедушка поведал мне тайны старого пня, березовой коры, простого ореха. Оказалось, что трухлявый пенек удивительно напоминал ночного разбойника-филина. Из березовой коры получался белый лебедь. А из зеленых пушистых орехов — о, это был целый клад! — выходили белки, цыплята, бусы…

И еще одну страницу азбуки прекрасного открыл для меня дед. Географ по профессии, он за свою долгую жизнь исходил вдоль и поперек почти всю Россию. Об этом он написал научные труды, учебники, а мне привил страсть к путешествиям.