Конечно, умные люди предупреждали. Еще когда мысль о приобретении такой системы у нас только зародилась, нам говорили: «Зачем вам это?! Наплачетесь! Ведь, между прочим, вам работать придется! (Мотив этот, на мой взгляд, заслуживает внимания.) Ведь научная работа не терпит искусственной горячки, спешки… Бывает, надо неделю, месяц, а то и год просто посидеть, подумать, чтобы потом в два дня все сделать!.. Вы знаете, рассказывают, что Резерфорд однажды подошел к новому сотруднику лаборатории: „Вы что делаете?“ — „Работаю…“ Подошел другой раз: „Работаю…“ В третий раз: опять „Работаю“. Резерфорд говорит: „Уволить его! Он все время работает! Когда же он думать будет?!“ Вот такая грустная история… А машина ваша как начнет работать — так нужно будет ее всем вам загружать. Пойдут споры-разговоры: простаивает, мол, деньги на ветер, такие средства в нее вложены, руководство тяжелый ваш труд хотело облегчить, а вы не цените! И так далее и тому подобное… Одумайтесь, не суйте сами голову в петлю…»

Но, конечно, и энтузиастов было немало, многие восхищались: «Великолепно! Прогрессивно! Вы только представьте себе, какая огромная экономия труда, сил и времени — лаборатории ведут эксперименты, в одной испытывается газодинамический лазер, в другой изучается поверхностный эффект в полупроводниках, в третьей еще какая-нибудь хреновина, а машина, соединенная с лабораториями связи, все эти и многие-многие еще эксперименты обсчитывает, подставляет данные в нужные формулы, печатает результат… подумать только, несколько слов — и статья готова! А то ведь корпишь, считаешь чуть не на пальцах, ошибаешься, путаешься, в глазах рябит… Да и сутками над приборами сидеть не надо будет — подключил датчики к машине, и она тебе хоть неделю аккуратнейшим образом регистрировать будет. Автоматический режим, кибернетика!.. А потом и остальные институты филиала охватим системой связи, и биологов, и химиков, и математиков, извольте хоздоговорчик, а нам опять же денежки! Мы вам покажем, как надо двигать вперед науку!»