В обмороке, душу богу отдает, я ее на руки беру, несу в коридор, в нем она, видимо, от прикосновения и ощущения движения приходит в себя, глаза, кажется, открывает, так как вдруг начинает с меня КИП срывать и бормотать: «Господи сусе, господи сусе, ад кромешный, за какие же грехи, господи сусе!» И рвет КИП с меня так сильно, такой активной старушенцией оказывается, что КИП-то стащить не стащила, а шланг кислородный передавила. После этого мне тоже ад мерещится… Чудо: старушонка худенькая, древняя, как рублевские иконы, кости да кожа на ней, а силы в пальцах столько оказалось, что еле разжал, чем и спасся… Активная была старуха – такие мне нравятся, по душе мне такие старухи.

Мама. Мне сильные люди вообще нравятся, с них пример беру, учусь… Мама моя – сильнее женщины по характеру не встречал, люблю за это и… за все другое! Я у нее – единственный ребенок, мой родной отец мне – чужой человек, я его в жизни не видел и не увижу… Мать ушла от отца или он от нее – этого я от мамы никогда не узнал и не узнаю. Она его из своей жизни так вычеркнула, точно он умер, хотя жив… Вот это сила! А меня отчим с малых лет воспитывал, он мне – отец! Из-за него, может быть, я и пожарный… Дело в том, что отец, сколько я себя помню, самую боевую пожарную машину водит – автонасос. Это на него здания рушатся при огромных пожарах, этот насос всем тем опасностям подвергается, что любой боец в КИПе и без оного. Отец – человек сильный! Жена у меня – Раиса Жемалетдиновна – тоже сильной личностью оказалась, да это по первому знакомству замечено мной было. Говорит тихо, идет скромненько, но… В тихом озере все черти водятся. Чертей не боюсь, если сильные… Нет, слабости человеческой не люблю, не уважаю… Не такая у меня работа и судьба…