— Слушайте, что это там за грохот? — Макс Мах посмотрел на окружающих. — Не ссы в компот, юнга, там повар ноги моет!… Видать Власов в дверном проеме застрял — меньше жрать надо! — Антоша Богданов пил с упырем пиво, усердно закусывая таранкой. Глаза упыря Васи потеплели, и теперь он напоминал скорее олимпийского мишку сильно побитого шашелем.

Сэр Овчаренко, опасливо озираясь, стоял возле выброшенной на берег яхты взошла полная кровавого цвета луна, отражаясь в иллюминаторах яхты. — Макс! Где ты? Ты меня слышишь? — Александр взобрался на борт яхты и вошел внутрь каюты. Щелкнул выключателем. Внутри никого не было, но на столе стояла банка кофе, — ага, нет Маха, но есть кофей. Это уже не так плохо, — Овчаренко залил водой и включил кофеварку. Вода почти мгновенно вскипела. пространстве не рискнул. Боялся шума, но пробил час! Человек залез в яхту. Оборотень подкрался к открытому иллюминатору, оставляя на песке четкие трехпалые следы с углублениями от ужасных когтей, приготовился к решающему смертельному броску и… — Какая гадость! Не могли нормального кофе с собой взять! — Александр Овчаренко выплеснул литровую кружку кипящего кофе в открытый проем иллюминатора. Раздался дикий вопль. — Ух-ты! Что это было?! — Овчаренко выглянул в илюминатор, — по берегу, сверкая зеленым задом и изрыгая проклятия, улепетывало огромное существо, похожее на динозавра. — Прости, не хотел!… Не найдя Макса Маха Александр Овчаренко пошел обратно к замку, но не по тропинке, а напрямую — через сад.

Светлана, помешав черпаком суп, сказала: — Все, мальчики, ужин готов, есть я не хочу, ждать пока Вы все соберетесь — тоже. Я пошла спать. Никто не возражал, и Лихова поднялась на второй этаж замка, где нашла себе небольшую комнату — спальню с шикарной кроватью, ярко освещенную свечами.