CAT получил открытку от Тоби, который преподавал в Швеции: «Немедленно приезжайте на север! Шведки великолепны. У них души, как мягкие ягодицы, и ягодицы — как твердые подметки».

Он обрек себя на неудовольствие своими описаниями nouveau roman,

В парижском метро ему на глаза попалась одна из тех новых женщин, к встрече с которыми мы все уже были готовы — Розеттская Стелла,

Сперма не старится, в отличие от мужчины. Даже старик может зачать юное существо.

От одиночества озлобившись, в тщеславии

наделал шуму он, хоть был

в душевном здравии.

CAT: (Своему зеркалу, когда брился.) Ах, милое старое лицо, костистое убежище для двигательных мускулов и нервов, для глаз, носа, рта, жестоких унциальных усмешек, диакритические дуги бровей. Загрубевшее от бурь и ветров, закаленное мыслью, выдержавшее многочисленные тяжелые вздохи. Его следует подновить. Глаза кричат: «На помощь!» Глаза молят об уменьшении ответственности.

Веря, желая, провидя, мы поступаем вопреки природе. Я мыслю, значит я существую, еще сойдет, а вот надеюсь делает человека из Аристотелева бесцветного животного, сбившегося с пути стараниями прозэнцефалона.

CAT: «La femme en soi recherchée par l’âme.

La femme en soie, brave dame.

Boule Quies d'aramanthe et camfre

Une veuve de Ciguë

Trinquer avec la mort!

Cliquot Cliquot Cliquot

Trine trine

La Veuve Cliquot!»

БЛЭН: В отчете о вашем браке я предполагаю усилить тон в интересах моей прозы и добавить то, что подметила Констанс, говорившая о вас с симпатией и грустью. Я объясняю со всей присущей моему стилю живостью, как все было невыносимо сложно и отравлено неудачной женитьбой на капризной маленькой королеве, невероятно очаровательной и стильной, которая хитроумно скрывала свои наклонности, так как спала в открытую с мужчинами, но в той же мере — тайно — с женщинами. У нее не возникало трудностей, ведь вы были самым настоящим интеллектуалом — то есть дураком!