«Ты уходишь на запад солнца,

Ты вечерний увидишь свет.

Ты уходишь на запад солнца,

И метель заметает след…»

Так и Ты каждый вечер уезжаешь на запад, прочь из моего города. Города, где мы встретились и поняли, сколь многое соединяет нас. Города, где мы не сумели найти места нашей любви. Города, подарившего нам один только вечер…

Сопровождаемый перестуком колес Ты покидаешь меня, оставляя лишь воспоминания о том, как другие города встречали нас, даря приют нашим чувствам. Пусть временный, но в те часы, дни и ночи мы могли открыто любить. Не отводя глаз, пристально рассматривать друг друга, упиваясь и запоминая каждую черточку дорогого лица. Могли гулять, держась за руки, и не страшиться вопросов.

Да, так было много раз — чужие города становились свидетелями нашей любви.

Город над озером с каменными церквями и усаженным тополями парком, где потемневшие от времени деревянные идолы молчаливо взирали на мужчину и девушку, которые исподволь поглядывали друг на друга, неловко улыбаясь и невзначай сталкиваясь плечами.

«И не краснеть удушливой волной

Едва соприкоснувшись рукавами…»

Подобное умение далось мне очень нелегко. Смотреть — и не видеть, слышать — и не оборачиваться, улыбаться, но не Тебе.

Старый город князей и иезуитов встретил нас солнечными днями начинающегося лета. Пустынные широкие улицы, где пара-тройка пешеходов задумчиво окидывала взглядом взявшихся за руки туристов. Замок, красующийся на денежной купюре, позволил исходить вдоль и поперек свои стены со следами былых войн. С тех пор, когда мне становится грустно, я вспоминаю крышу самой высокой башни замка, где ветер трепал мне волосы, а отраженное рябой гладью реки солнце заставляло прикрыть веки. И можно было вдыхать свежесть воздуха, лишенного оков и условностей привычной жизни.