Как мы соскучились просто по хорошему литературному языку! Спасибо «старикам-шестидесятникам», без них мы уже, наверное, забыли бы, как пишут и говорят по-русски!). Чего стоят хотя бы легенда о встрече Пушкина с кобзарем Чмыхало, рассказы о В. Ф. Войно-Ясенецком, о Я. Д. Брюхане, о человеке, придумавшем капитана Врунгеля, писателе А. Некрасове!.. Да! Чмыхало здесь не беспристрастен! Да! Со многими его оценками — резкими и даже подчас жестокими! — нелегко согласиться. Читатель последних романов Чмыхало должен быть готов к разговору нелицеприятному, к такой беседе, которую не следовало бы вести, на ночь глядя: вряд ли уснешь! Как я не могла уснуть — до утра переворачивая в уме собственные соображения, приводя аргументы и предвосхищая контраргументы по поводу наиболее острых мест… При этом я все время видела перед собой лицо самого Анатолия Ивановича, с которым знакома более тридцати лет, — нет, я не рискнула бы спорить с ним! Да этого и не требуется! Удивительным образом в своих самых откровенных вещах Чмыхало-писатель умудряется сохранять ту грань, то «чувство рампы», которые опытный художник — видимо, уже совершенно инстинктивно, — никогда не переступает, соблюдая великий закон «условности искусства». «Ночь без сна» и «Плач по России» — не дневники, не записные книжки, а романы, художественные произведения, и писатель отвечает головой за художественную правду, за эстетическое качество созданной им вещи, а никак не за отдельные слова и поступки своего героя! Я готова спорить с героем романа, отдавая должное его смелости, искренности, культуре духа.