— Не сделает, — неожиданно отозвалась Габриэль, которой история местного нотариуса Дюваля, его болезненной жены и бойкой секретарши была хорошо известна.

— Почему? — Софи все еще пребывала в задумчивости.

— Мадам Дюваль прежде убьет его.

— Мой Бог, что ты такое сказала сейчас, цыпленок?

Софи наконец стряхнула с себя оцепенение и в изумлении уставилась на дочь. Впрочем, Габриэль, похоже, и сама не очень-то понимала, что за слова только что сорвались с ее губ. Однако повторила более уверенно:

— Мадам Дюваль убьет своего мужа.

— Но откуда ты можешь это знать, поганка?! — Изумление Софи готово было смениться гневом. Слишком уж странным было поведение дочери.

— Не знаю, — честно ответила Габи. Но, подумав, упрямо добавила: — Отравит. Вот увидишь.

Через три дня маленький Довиль был взбудоражен жутким известием.

Анри Дюваля, местного нотариуса, нашли мертвым в его собственной спальне. Следствие было коротким. Оно без особого труда установило, что причиной его смерти стало отравление. Кто-то подмешал смертельную дозу снотворного в красное вино, которое нотариус пил за ужином. Мадам Дюваль, хрупкая, болезненная женщина, дочь известного парижского адвоката, в конторе которого служил когда-то мэтр Дюваль, была арестована.

Она не пыталась отрицать своей вины.

21 января 2001 годаИндийский океан, о. Маврикий

— Простите меня, сэр Энтони, но через несколько минут мы будем заходить на посадку. Хотите кофе? — Темнокожий стюард слегка дотронулся до плеча Тони.

— Я уже не сплю, Брайан. Кофе не надо.

Тони рывком поднялся с импровизированного ложа.

На время ночного перелета одно из кресел в салоне его «Falcon»

Маленький салон самолета немедленно затопило яркое солнечное сияние.

На секунду Тони зажмурился, а когда глаза вновь обрели способность видеть, он завороженно приник к иллюминатору, наслаждаясь открывшейся картиной.