– Уж не из-за самолетных ли бирок на рюкзаках? – предположил я.

Он меня проигнорировал.

– Когда пробудешь здесь ... несколько... месяцев... перестаешь задавать вопросы. Врастаешь в Индию, как в свою землю.

– Да, – сказала Лиз. – Я понимаю.

– И все-таки, откуда ты? – спросил я.

Он меня проигнорировал.

– Из Англии? Ты англичанин?

Он неохотно кивнул.

– Откуда точнее? – спросил я.

– Ох ... с юга.

– Отлично. Мы тоже. Из Лондона?

– Нет.

– А откуда.

Теперь я его вывел из себя.

– Танбридж-Уэллс, – сказал он.

– Красота, – сказал я. – Наверно, тебя все тут бесит. После такого богатого места, я хочу сказать.

– Нет. Уже нет, – произнес он, заглядывая в самую глубину лизиных глаз.

– Давно ты здесь? – спросила она.

Он ухмыльнулся.

– Оххх – давно. Так давно, что успел полюбить... и возненавидеть. Так давно, что не знаю, смогу ли вернуться назад.

– Неделя? – спросил я.

Это никого не рассмешило.

– И часто ты болеешь? – спросил я.

– Что значит – болеешь?

Он смотрел на меня так, словно я сказал что-то невообразимо умное.

Я смотрел на него так, словно он сказал что-то невообразимо глупое.

– Ну, как болеют. Делийский понос. Дрист.

– Слушай, если ты хочешь выжить в это стране, определись с терминами. Под болезнью на западе понимают одно, а на востоке совсем другое. Индусы принимают фатум; западных же людей непрерывная борьба с судьбой превратила в нацию ипохондриков. Все это размыто – мне трудно объяснить.

– Однако, ты не пьешь воду, – сказал я, кивнув головой на бутылку минералки, стоявшую у его кровати.

Он осуждающе на меня посмотрел. Лиз тоже осуждающе на меня посмотрела.

– Можно мне глотнуть, Джереми, то есть Ж?

Он кивнул.

Я не хотел глотать его бактерии, поэтому постарался не коснуться ртом бутылки, но это плохо удалось, и вода вылилась мне на грудь. Кажется, они не заметили. Под одобрительные восклицания Лиз типа: “Ой, как интересно!”, “У нас никогда так не получится”, “Где ты, говоришь, видел этого верблюжатника?”, и так далее, он принялся рассказывать о местах, где успел побывать. В конце концов, мне стало тошно, и я попросил Лиз выйти на пару слов в коридор.