— Я мигом, — только и сказал он на прощанье. И еще улыбнулся Хансу: — Папа скоро вернется, Хансик. — Круто развернувшись, Марк зашагал к дороге.

Женщина уже внесла в дом Ханса, а Кристел все стояла у машины, глядя вслед мужу. Тот постепенно удалялся, силуэт его какое-то время еще плыл в дрожащем от зноя воздухе, а потом совсем исчез. Произошло это неожиданно — как будто купающийся в пруду человек вдруг взял да нырнул.

Когда Кристел входила в дом, мужчины разом повернули к ней головы, отчего ей стало неловко, и она в очередной раз ощутила себя толстой и неуклюжей.

В доме были задернуты все шторы. Казалось, наступил вечер — так сумрачно, тихо и прохладно было здесь. Очертания предметов Кристел еще различала, а вот какого они цвета — не сказала бы. В одной комнате стояли кровать и мотоцикл. В другой, побольше, диван, стулья — по одной стене, холодильник, плита и стол по другой.

Кристел села за стол и взяла на колени Ханса. Женщина тем временем разлила из большой бутылки по трем стаканчикам пепси и добавила лед. Она сняла шляпу; свет из открытого холодильника окружал нимбом ее лицо и волосы. У Кристел была привычка мысленно сравнивать себя с другими женщинами, но тут она про это забыла и разглядывала хозяйку дома с откровенным, почти животным любопытством.

С верхней полки холодильника женщина достала еще одну бутылку, поменьше.

— Это вы вряд ли станете пить, — сказала она, держа бутылку за горлышко и слегка помахивая ею. Кристел поспешила отрицательно покачать головой. Женщина плеснула в свой стакан немного спиртного, а два других подвинула ближе к Кристел. Ханс ухватил свой, отпил и весело загудел, изображая катер.

— Этот ваш паренек… — начала женщина.

— Его зовут Ханс.

— Я про другого, — уточнила женщина.

— А… Вы о Марке. Он мой муж.

Женщина понимающе кивнула и, глотнув из своего стакана, откинулась на стуле.