В следующие несколько месяцев они стали не разлей моча. Билли был счастлив, как никогда, и с удовольствием мочил каждого, кто ему об этом говорил. Салли сшила ему «прыг-чпок» — костюм, весь покрытый липучками, для лазания по неприступным стенам. Билли купил ей огромный грузовик с прицепом для перевозки автомобилей, чтобы она могла красть по дюжине машин за раз. Салли хватала уличных мимов и крепко держала, пока Билли лупил их по морде. Они казались идеальной бандитской парой, исключая, пожалуй, только их нежелание раз за разом умирать под градом пуль в замедленной съёмке.

Конечно, оба они были весьма честолюбивы в том, что касалось незаконопослушности, и это породило конфликт в их отношениях. Билли и Салли стали спорить, кто из них делает больше денег, кто быстрее бегает в темноте, и чья профессия требует большего мастерства. Вскоре они стали рисковать по глупости, тащить домой больше, чем могли унести, и всячески искать проблем на свои задницы.

Ни Салли, ни Билли не были высокоморальны. После того, как мэр Светлагера сказал в своей очередной речи, что все виды преступлений одинаково омерзительны, они решили, что их способы добычи денег полностью взаимозаменяемы, и договорились на денёк поменяться ролями, чтобы выяснить, кто более искусен. Билли был современным парнем — однажды он уложил крысу из плазмомёта — и его привлекали подобные вариации. Салли же вся трепетала: одно дело — угонять машину, там транспорт всегда под рукой; кража со взломом напоминала ей добровольный вход в клетку со львом.

Билли собирался украсть машину старым, проверенным Салли методом, и предложил ей ограбить квартиру продавца из салона, вскоре после того, как он скроется с автомобилем. Он пообещал навести в салоне такого шороху, что копы будут допрашивать весь персонал часами, а потом отправятся в кафе за пончиками и кофе, обеспечив ей полную свободу действий. План казался безупречным.