Ведь они живые и такие симпатичные! Не то что железные неты!

Дождавшись, когда во дворце все уснули, Нетушка сложила в маленькую корзинку пирожные, бутылку с соком и творожный пудинг. Осторожно, стараясь не шуметь, пробралась к двери, возле которой стояли охранники. Впрочем, они уже не стояли, а сидели на полу. И даже не просто сидели, а, привалившись к стенке, дружно храпели.

Нужно вам сказать, что спать неты любили больше всего на свете. Едва наступала темнота, глаза у них сами собой закрывались, и они поскорее искали местечко, где бы устроиться поудобнее и всхрапнуть.

Темнота действовала на них, как сонный порошок.

Нетушка, закусив губу от волнения, вытащила из кармана охранника ключ и всунула его в замочную скважину. Теперь замок открылся быстрее и не так громко скрипел, но всё-таки она очень боялась, что неты могут проснуться. Один из них зашевелился, даже вроде хотел открыть глаза, но, наверное, передумал, повернулся на другой бок и захрапел пуще прежнего.

Проскользнув в щель чуть приоткрывшейся двери, Нетушка сказала шёпотом в темноту:

— Здравствуйте. Я вам поесть принесла.

Вот какой отчаянной оказалась дочь короля. Оксана только что задремала. Воздух в кладовке был затхлый, на полу валялись какие-то лохмотья, но выбирать не приходилось. Надо было хоть немножко поспать, набраться сил для завтрашнего дня.

Из окошка проникал слабый лунный свет, и можно было рассмотреть, что Нетушка — невысокая, коренастенькая и в тёмных кудряшках. Она легонько коснулась плеча задремавшей пленницы.

— Уже пора идти? — спросила Оксана, сладко зевая. — Но ведь ещё совсем темно!

— Пожалуйста, тише, я вам поесть принесла! — сказала Нетушка, протягивая корзинку.

— А ты кто такая? — Оксана окончательно проснулась и пыталась получше рассмотреть неожиданную гостью.

— Я — дочь короля, — отвечала Нетушка.