Но та, как всегда, презрительно поморщившись, оттолкнула ее в сторону и гаркнула своему ротвейлеру:

– Грей, фу! Домой…

Надо отдать должное, собака повиновалась ей беспрекословно и, оставив тяжело оседавшую на ступени жертву, быстро прошмыгнула в квартиру.

Светлана тоже повернулась, собираясь уйти домой. И тогда Полина Викторовна не выдержала.

Захлопнув перед носом соседки дверь в ее квартиру, она схватила Светлану за волосы:

– Куда это ты собралась? – и, повернув ее к сидящей на лестнице окровавленной подруге, спросила: – А кто за это будет отвечать?

Светлана попыталась вырваться, но Полина Викторовна держала ее за волосы крепко.

Говорят, что даже после того, как она упала, неожиданно захрипев, то и тогда она не выпустила волос соседки, повалив ее за собой на пол.

Прибывший вскоре врач «скорой помощи» вынужден был отрезать волосы, чтобы освободить Светлану, потому что разжать кулак Полины Викторовны так и не удалось.

Как потом показало вскрытие, Полина Викторовна умерла от обширного инсульта сразу же после падения.

Когда Ивану Тимофеевичу позвонили на работу соседи, он не смог поверить в случившееся и, отпросившись у заведующей, помчался домой.

Подъезжая к дому, он издалека увидел толпящийся у подъезда народ, милицейский уазик и машину «скорой помощи».

Влетев в подъезд мимо расступившихся людей, он, не вызывая лифта, бегом помчался на свой этаж.

Наверху, у лифта, его задержал милиционер, но услышав возглас соседки: «Это ее сын», молча отошел в сторону, пропуская его.

Иван Тимофеевич сделал шаг, и вдруг заметил кровь на ступенях. Он поднял голову и замер. На площадке лежало чье-то тело, накрытое белой простыней. Около него толпились соседи, трое милиционеров и врач.

Растрепанная Светлана, увидев Ивана Тимофеевича, испуганно отпрянула к своей двери, прячась за спину участкового.