Хозяин обернулся, посмотрел на непрошенного гостя, произнес:

— Здравствуй, Лисенок!.. Что привело тебя сюда?

— Меня?.. Я…

— Может, ты пришел на чашечку кофе?

— Возможно, — согласился озорник.

— Или хочешь поговорить о тех славных днях, когда я вызволил тебя из орлиного гнезда?

— Возможно…

— Это один из самых великих моих подвигов, — мечтательно произнес сыщик. — Дорого бы я дал за то, чтобы кто-нибудь снова бесследно исчез…

У Лисенка бешено колотилось сердечко. Он весь дрожал, но понимал, что нельзя все время молчать.

— Да, — выдавил он из себя. — Но… Вы… Как вы догадались, что я гляжу в замочную скважину?

Великий сыщик выпустил кольцо дыма и отложил в сторону газету. На его лице появилась его знаменитая загадочная улыбка.

— Пусть это останется моей тайной.

— О, прошу прощенья, я не хочу выпытывать чужие тайны, как не хочу, чтобы кто-то выпытывал мои.

— Ты прав, — согласился Панцырь. — У каждого свои маленькие и большие тайны.

Никто не имеет права без разрешения проникать в них. Это задевает его свободу.

— Но ведь вы проникаете без разрешения, — произнес Лисенок, глядя прямо в глаза мудрецу.

— Я? — Панцырь откинулся на спинку кресла. — Я вмешиваюсь в чужие дела лишь тогда, когда нужно предотвратить преступление или раскрыть его.

— А сейчас… вы уже проникаете?

— Зачем? — удивился сыщик. — Сейчас я отдыхаю. Лисенок перевел дух.

— Газеты читаете, да?

— Читаю, курю, пью кофе — делаю то, что присуще лишь великим сыщикам. У нас свой стиль, которого мы придерживаемся, чтобы не походить на простых смертных.

— А я из простых смертных?

— Мы приступаем к серьезному разговору в такую рань… Не лучше ли сначала выпить по чашечке кофе, а потом ты прямо скажешь, зачем пришел.