— И ты тоже? — Зевака покачала головой и снова замерла, погрузившись в свои мечты.

Лисенок пошел своей дорогой. Время от времени он оборачивался, чтобы увидеть «памятник». Неужели жаба не пошевельнется ни разу? Но ведь этого не может быть!

Должна же она когда-нибудь пошевельнуться!.. Чтобы почесаться, например…

Лисенок остановился, обернулся, потом пошел назад.

— Послушай, — обратился он к жабе. — Я слышал, что некоторые могут подолгу стоять или сидеть неподвижно… Но что ты делаешь, если почувствуешь зуд? Или вы, мечтатели, не чувствуете его?

— Почему же? Случается иногда.

— Что же вы тогда делаете?

— Чешемся… Вот сейчас я, например, чешусь.

— Да?! А как?

— Мысленно. Это достигается регулярными тренировками и напряжением подсознания.

— Ага!.. — удивленно произнес Лисенок, но потом решился на откровенность и добавил: — Видите ли, я еще не понял, что такое сознание, а вы мне говорите о подсознании.

— Придет время, поймешь, — заявила Зевака, не меняя позы.

— Мне постоянно твердят о каком-то времени, которое придет. Похоже, время это нечто такое, что приходит и непременно сейчас же ускользает… Надоело мне все время ждать и упускать… До свидания.

Медведь, как всегда, оказался занят. Он дописывал речь, которую ему предстояло произнести перед членами Лесного совета.

— Садись и подожди, — сказал Медведь. — Мне осталось дописать последнее предложение. Нужно придумать что-нибудь простое и в то же время отличающееся от тех фраз, которыми я до сих пор заканчивал свои выступления.

— Ладно, я подожду, — охотно согласился Лисенок.

— Идеальная концовка! — вдруг воскликнул Медведь. — «Господа, благодарю вас за внимание!» Так я и закончу свою речь — поблагодарю своих слушателей… Благодарю и тебя, Лисенок.

— Не за что, — вежливо произнес сорванец. Медведь отложил в сторону карандаш и поинтересовался: