Миновав боковую дверь Дальнодаль-холла, Ульф вышел во двор. В кабинете доктора Филдинг еще горел свет. Ульф присмотрелся. Ветврач продолжала рыться в книгах. Она явно собиралась работать допоздна.

Тиана зависла перед лицом Ульфа.

— О чем ты думаешь? — спросила она.

Ульф смотрел сквозь стекло на ядоприемник, по-прежнему лежавший на столе у доктора Филдинг.

— Ни о чем, — сказал он Тиане.

Маленькая фея сложила ручки на груди и недовольно нахмурилась.

— Знаю я это твое выражение, — сказала она — И можешь не говорить мне, будто ничего не задумал!

— А что, если, — сказал он, — эта штука все-таки работает?

— Ты все равно не можешь ею воспользоваться, Ульф. Ты же слышал, что доктор Филдинг сказала!

— Мы должны попытаться, — ответил Ульф.

Тиана подняла глаза к небу.

— Это луна влияет на твои мозги, — сказала она, — Хватит нести всякую чепуху, отправляйся-ка лучше спать!

И маленькая фея полетела прочь через двор.

— Увидимся завтра! — крикнула она налету, — Только смотри, не навороти глупостей!

И, выдав небольшой сноп искр, она унеслась над крышей Хлева для Крупных, торопясь в сторону Темного Леса, где был ее дом.

Ульф проводил Тиану глазами. Потом снова посмотрел вверх. Луна была почти полная.

Это значило, что до преображения оставался всего один день. Ульф уже ощущал, как обостряется восприятие всех его органов чувств.

Он мог слышать, как бестии что-то жевали и скреблись в своих клетках, а в Хлеве для Крупных похрапывал во сне адский пес. На просторах зверопарка перекликались, вскрикивали и шуршали ночные создания. Потом Ульф прислушался и услышал тяжелую поступь, приближавшуюся к Дальнодаль-холлу.