Я и тот знакомый незнакомец приближаемся медленно к Спасским воротам Кремля. Из ворот навстречу нам движется верховой. Но он одет совсем не как русский боярин. Одежда его скорее западного образца, это рыцарь в легких доспехах с белым плащом за спиной. Он спешивается и подходит к нам. В руке его крупная медаль, а может, монета. Он разламывает ее пополам и дает одну половину мне, другую – моему спутнику. Одна половина почему-то золотая, другая серебряная. Сон этот повторяется очень часто. Только концовка все время другая. То нас заковывают в цепь, а потом эту цепь разрубают. Сон такой навязчивый, что я даже написала стихи:

И снится тот же сон…А на площади «крак»! —Грают вороны,То ли зрак, то ли мрак —На все стороны!Пьет вино звездочет,Ох, лукавый!Хор блаженных поетПеснь державную.Русский слог,Цепкий взгляд.То ли Бог,То ли сват,То ли я, то ли ты,То ли нас нет.Подают за трудыНе вино – цепь!А еще и медаль —Половину,Ну а ты ушел вдаль,Cгинул.Возвращается ночь – судят!Не сумею помочьЛюдям.Хор блаженных охрип,СлавыНе заслужит старик бравыйИ холодный рассветСнова закует меня в цепь.«Слово»!А потом звездочетСмелыйЗнак кому подает?«Дело!»?

Возвращаясь, собственно, к опере – мы сбежали после второго действия. Спина разболелась так, что всю дорогу до дома я буквально проскрипела зубами. Забегая вперед, скажу, что целиком дослушать оперу удалось лишь через год. Ровно четвертого ноября. Сеансы иглоукалывания у доктора Вэя продолжались. Мое любопытство к Китаю возрастало. Например, однажды мы разговорились о чае. О том, насколько «настоящий» китайский чай продают нам здесь, в Москве. И вот что я узнала: в Китае самый знаменитый чай собирают в провинции Юньнань, а название марок чая «Лунцзин» и «Маофэн» – каждый китаец выучивает с детских пеленок. А уж доходит ли чистый чай до наших чашек – вопрос совести поставщиков и торговых работников… Чайных церемоний в Китае отродясь не было, не надо путать с Японией. «Китайские церемонии» – это ритуал, канон поведения чиновников всех рангов по отношению к другим чиновникам, к знати и к простому народу.