Правда, тогда он еще не был владельцем «заводов, газет, пароходов», но уже тогда был жестоким и властным циником, верящим только в себя и во власть денег. Те, кто знали его не понаслышке, наверняка испытывали те же чувства, что и я… Он был способен — и, мне порой казалось, делал это сознательно — вызывать неприязнь и даже ненависть у окружающих. Своей безаппеляционностью, уверенностью в собственной правоте, бескомпромиссностью. Уверена, что он не любил людей, и люди платили ему «взаимностью». Впрочем, только такие мизантропы и выживают в «джунглях бизнеса»…

Теперь, после его смерти, газеты вспоминают только привлекательные вехи его «пути»: боевые командировки в «горячие точки» страны, службу в уголовном розыске, становление бизнеса и меценатство, высокопарно величая его «человеком, доказавшим, что путь наверх открыт для каждого, стремящегося к воплощению мечты», и, кокетливо умалчивают о способах достижения этой «мечты»: о связях с преступными сообществами, безжалостном разорении конкурентов, тесной коррупции с властью. Газеты и раньше старались обходить подобные темы: «копать» под папочку было явно не безопасно. Странно, что и теперь они продолжают исключительно в духе: «Король умер… Да здравствует король!». Видать страху тоже нужно время что бы умереть…

Но ни купленные связи, ни влияние, ни даже деньги, не спасли его от судьбы. Нет, все же в этом мире все устроено очень правильно. Не зря же он сам любил повторять:»В конце концов, каждый получает не то что хочет, а то, что заслуживает».

Я смяла лежащие передо мной на столе газеты и сбросила их на пол. Пытаясь отвлечься, включила телевизор и с ногами забралась в мягкое кресло.

— …катастрофе. Ходят непроверенные слухи о том, что все свое состояние он завещал…

Поморщившись, я переключила телевизор на другую программу.

— …известный предприниматель. Соболезнования уже прислали…

Я нажала кнопку дистанционного управления и экран погас. Но в ту же секунду дурным голосом заблажил домашний телефон. Некоторое время я смотрела на него, раздумывая брать трубку или нет, но журналисты звонили мне обычно на сотовый, и я все же рискнула.