Сейчас начальника ещё не было, и Зудов внутренне тут же мгновенно расслабился, почувствовав себя как-то облегчённо и даже радостно: неотвратимый неизвестный важный разговор откладывался; и можно было пока что просто так сидеть, пить кофе и общаться с Небаба, не думая ни о чём важном, а настраивая себя на мысли о всеобщей Вечности, пред которой всё это отступало на задний план и казалось несущественным и глупым, словно старушечьи пересуды, или литературная критика.

— Здравствуй, Лера!.. — сказал Зудов, кланяясь и жалея в этот миг, что уже ссосал подаренную официантом Аликом сосательную палочку «Вафля», которую бы он несомненно тут же предложил бы Лерочке.

— Приветик, Захарыч, — нежно ухмыляясь, ответила секретарша. — Я ждала тебя!

"Вот оно!" — мрачно подумал Зудов. — "Может, Труть всё передал ей?… И сейчас она расскажет мне такое его задание…"

— Ну что там ещё?

— Да ничего… Я просто ждала тебя…А ты имел в виду Свен-Свеныча?…

Зудов мрачно кивнул.

— Нет, я ничего не знаю…Он же всё любит выкладывать сам! Хочешь кофе?

Лерочка насмешливо повернулась лицом к 3. 3. на крутящемся стуле и расставила ноги так, что Зудов мог лицезреть её белые полупрозрачные трусы, затаившиеся в исподней полутьме её густо-алой мини-юбки.

— Я хочу кофе, — как-то всё ещё пугливо, автоматически ответил Зудов, присаживаясь рядом на диван из тёмно-коричневого кожзаменителя, косясь на Лерины трусики.

Небаба расставила ноги ещё шире и издала какой-то странный, глубокий гортанный звук, совершенно не вяжущийся с рабочим настроем Захара Захаровича.

— Я сейчас сделаю тебе кофе…Хочешь поиграть?…

— Во что? — совершенно сбитый с толку, почти прошептал Зудов.