— Но нам нужны билеты до Баку и не плацкартные, а купейные. Я везу иностранцев — запротестовал Андрей.

Майор отмахнулся от него как от назойливой мухи, давая понять, что разговор окончен, и демонстративно уткнулся в бумаги. Однако, видя, что настырный капитан не уходит, буркнул:

— Всё, на тебе квиток иди в 22-ю кассу и оформляй билеты.

— Мне нужны билеты до Баку, — потребовал Андрей. — Вы не хуже меня знаете, что иностранным курсантам положен проезд в купейных вагонах скорых поездов.

Лицо майора передернула гримаса недовольства.

— Таких билетов у меня нет, — отрезал он.

— Должны быть. — Стоял на своем Платонов.— Мы послали вам из Измаила телеграмму за десять дней.

— Ты, что капитан, — взорвался майор, — святой? Лето. Разгар курортного сезона! Через нас за сутки всяких иностранцев проходит не меряно. Почище твоих курсантов и ничего. Все как миленькие едут в общих вагонах. А тут, видишь ли, цацы!

— Хорошо, — сдерживая себя, сказал Платонов, — я тогда спрошу у начальника военных перевозок: цацы мы или кто.

— Ты меня начальником военных перевозок не пугай. Я пуганный.

Майор снова куда-то позвонил:

— Таня, — сними с брони двенадцать купейных билетов в скором до Баку. Как ничего нет? А что есть? Хорошо, давай до КавМинвод.

— Вот иди в кассу, — просунул в окошко он бумажку. — В Минводы я дам телеграмму, чтобы вас без задержки отправили до Баку.

Платонов понял, что дальше сопротивляться не имеет смысла и надо соглашаться на эти условия….

В Минеральные Воды прибыли ночью с опозданием на два часа. В полумраке перрон и привокзальная площадь напоминали лежбище котиков. Безликая людская масса, заполнившая все скамейки, клумбы и газоны лениво копошилась, храпела, бренчала гитарами, устало переругивалась.

Найдя в конце перрона клочок незанятого пространства, Платонов оставил свое иноплеменное воинство, а сам двинул на поиски коменданта.