Нужно только иметь достаточно жидкости по утрам. До самого обеда надо много пить, чтобы заново бодяжить внутренний алкоголь.

На улице было не очень солнечно, скорее облачно и хмуро, но я надел темные солнечные очки. Я всегда надеваю темные солнечные очки по утрам, если только у меня нет похмелья. В темных очках хорошо, яркий дневной свет не так давит на глазные яблоки, как если снять очки. В очках всегда сумрачно и уютно.

В этих темных очках я, видимо, похож на наркомана. Девушка у метро сунула мне в руки листовку. Листовка была о вреде героина. О том, что меня ждет, если я буду употреблять героин. По ней выходило, что платой за героиновый кайф будут: бессонница, панкреотит, гастрит, гнилые зубы, импотенция, депрессия, преждевременная старость. Я снял на минуту очки и посмотрел на свое отражение в темном стекле вагона метро. У меня бессонница, которую я лечу алкоголем, панкреотит, который я ничем не лечу, гастрит, который я усугубляю острой пищей, гнилые зубы, сколько я их ни лечил, импотенция, просто потому что не стоит, депрессия, а как иначе, когда жизнь такое дерьмо, и старость, да, хотя еще не дотянул до сорока.

При этом я ни разу в жизни не кололся героином.

Значит, я все просрал.

А ведь у меня, по крайней мере, мог быть героиновый кайф! Все эти годы!..

Я даже пить начал не так давно.

Еще лет пять назад я пил довольно редко. А если посмотреть лет двенадцать назад, так и вовсе не пил.

Пить я смогу еще долго. Потому что я умею пить. Да, я подхожу к этому процессу разумно. Главное — утром нужно употреблять много жидкости и желательно ничего не есть. Поесть можно будет где-нибудь во второй половине дня. А пить надо постоянно. Очень помогает айран, этот кисломолочный напиток, который пили еще воины Чингисхана. В Ясе, своде правил, который оставил нам Темучин, сказано, что можно напиваться раз в месяц. Но можно ведь и каждый день, если не так, как раз в месяц. А айран помогает наутро, всегда помогал, со времен Чингисхана.