1-я дама. Как мило! Как уютно! Не правда ли? Вам в России не приводилось останавливаться в подобных отелях?

Он хотел было ответить, но его опередил апоплексический господин, не выпускавший изо рта сигару.

Господин с сигарой. Этот парень у нас, в Америке, не пропадет. Простите… еще раз… Как ваше имя?

Виктор. Виктор… Виктор Бершадский.

Господин с сигарой. Длинновато… У нас в Америке надо короче. Чтобы неутомлять память… Еще раз… Как ваше имя?

Виктор. Бершадский. На афише — аршинными буквами. Надо умудриться не запомнить.

Господин с сигарой. Не выговорить. Бер-ри! Вот как вам надо называться.

Виктор. И вы уверены, что тогда уж запомните?

Гости рассмеялись. Господин с сигарой тоже.

Негр в униформе вкатил в комнату столик на колесах, уставленный дорогими яствами и шампанским в серебряном ведерке со льдом.

Господин с сигарой достает из бара бутылку виски, наливает себе и пригубляет. Негр расставляет приборы на столе, вокруг которого сгрудились гости.

1-я дама. Такого, я уверена, вы в России не пробовали.

Виктор (сдерживая ярость). Пробовал, милая. И неоднократно.

2-я дама. Не понимаю… Зачем же вы тогда уехали?

Виктор. А вот этого вы не поймете, сколько бы я вам не объяснял.

2-я дама. Почему же?

Виктор. Да хотя бы потому же, почему этот господин никак не запомнит мое имя.

Господин с сигарой (обнимая Виктора за течи). Вы мне нравитесь. Этот парень умеет продать свой товар. Простите… еще раз… Как ваше имя?

Виктор. Называйте меня как вам угодно. Ради бога, не переутомляйте свою память. А вот насчет товара, который я умею продать… Это уж вы мне льстите… Я не умею торговать… может быть, к сожалению… Потому я и покинул свою родину, что торговать своей совестью никак не мог научиться. А говорил я на благотворительном вечере искренне, от души… Хотел, чтобы вы поняли, что значит оставить родину, лишиться родных и друзей, атмосферы, в какой вырос. И на склоне лет начинать жизнь с нуля… на чужой земле… среди таких вот, как вы…