Вязаные занавески, белые, как сахар, которые сделала сама Сафия двадцать лет назад, исчезли. Их заменили другие, в синюю полоску.

Саид взглянул на Сафию: она взволнованно терла глаза, словно пытаясь разглядеть в углу те вещи, которых там больше не было. Старуха сидела перед ней, глуповато улыбаясь.

— Я уже давно жду вас, — произнесла она наконец, не переставая улыбаться.

По-английски она говорила медленно, с тягучим немецким акцентом, будто с усилием вытаскивала слова из бездонного колодца.

— Вы знаете, кто мы? — спросил Саид, наклонившись вперед.

Она закивала головой, задумалась, подбирая нужные слова:

— Вы — хозяева этого дома, я знаю.

— Откуда?! — выпалили разом Саид и Сафия.

Старуха расплылась в улыбке.

— Это видно по всему: по фотографиям и по тому, как вы стояли перед дверью… Как война кончилась, много людей приходили посмотреть на свои дома. Я знала, что и вы приедете.

Она вдруг смутилась и стала растерянно оглядываться вокруг, как будто видела все впервые. Саид и Сафия машинально следовали глазами за ее взглядом. «Странно, три пары глаз смотрят на одну и ту же вещь, но как по-разному они ее видят!» — подумал Саид.

Он прислушался к голосу старухи, та говорила еще тише и медленнее, чем раньше:

— Мне жаль, что так произошло, но тогда мне все представлялось по-другому.

Саид горько улыбнулся, не зная, что ответить. Как объяснить ей, ради чего они приехали? Он не хотел затевать политический спор, зная, что она ни в чем не виновата… Ни в чем не виновата? Нет, нет, не то!.. Как же ей объяснить?.. Сафия освободила его от этих терзаний.