ЕДИНСТВЕННЫЙ ДРУГ

Моему отцу

Если выхода нет, Если гаснет рассвет, Если сердце не знает покоя, Есть единственный друг, Кто излечит недуг И кто выведет целым из боя.

Этот друг - твой отец, Твоей жизни творец, Твоя летопись, голос и правда. Сядь поближе к нему, Расскажи - что к чему, И получишь совет, как награду.

Он сильнее тебя, Он мудрее тебя, Поделись, не таясь, сокровенным. И святая любовь Твое тело и кровь Исцелит добротою нетленной.

Только он сквозь огонь, Не сжимая ладонь, Пронесет - не опустятся руки. Стерпит все, как гранит, Все поймет, все простит, Улыбнется и спросит: "Где внуки?"

* * *

Искусство свободно, как вольная мысль. В нем выбор есть, время без точки отсчета. Ущербна свободой текущая жизнь. Искусство живет в состояньи полета.

Способно и в прошлом, и в будущем быть, Не то, что зажатое в быль поколенье. Но если живущий не станет творить, Откуда искусству черпать вдохновенье?

* * *

Каждая женщина - ведьма чуть-чуть. Зелье на Лысой горе ей не надобно. Чары очей - не коварство, а жуть, Скосят любого пришедшего намертво.

Волосы льются, как реки в апрель. Руки - не руки, а крылья небесные. Голос - не голос, а птицы свирель: Песни поет колдовские чудесные. Губ трепетанье - июльский бутон. Манит нектаром запретное, тайное. Эхо в груди, как малиновый звон, Словно стучится кольцо обручальное.

Облик - загадка, в дыхании суть: Тело играет лучами приметными. Каждая женщина - ведьма чуть-чуть. Каждая женщина - наше спасение.

МНЕ БЫ СТАТЬ ЦЫГАНОМ

Мне бы стать цыганом Да в начале дня Голубым туманом Оседлать коня, Опустить накидку Ночи в камыши. Отыскать кибитку Дочки буяьбаши.

А она ждала бы, Не сомкнув очей, Степью погнала бы Вороных коней И в низовьях Тисы Отпустила б их. Там бы зародился Табор для двоих.

В той кибитке старой Все припасено! Скрипка и гитара, Терпкое вино, Приворотно зелье Для моей души... Я ищу спасенья В дочке бульбаши.