Скользя и спотыкаясь, не скупясь на крепкие выражения, они упрямо взбирались по мокрой гальке и скользким валунам, пока на их пути ни встала почти отвесная каменная стена. Меллори достал фонарь и принялся внимательно изучать склон, освещая его узким, как жало, лучом. Миллер тронул его за рукав.

— Мы не слишком рискуем? Я имею в виду фонарь.

— Никакого риска, — отозвался Меллори. — Сегодня ночью на берегу нет ни одного солдата. Они все тушат пожары в городе.

Кроме того, кого им бояться? Ведь мы — перелетные птицы.

Сделали дело и улетели. Только сумасшедшему взбредет в голову снова вернуться на остров.

— Кто мы такие, я и сам знаю, — выразительно произнес Миллер. — В подсказке не нуждаюсь.

Меллори усмехнулся и продолжал осмотр. Вскоре он обнаружил то, что искал: изломанную расщелину в скале, по дну которой струился ручей. Вместе с Миллером они начали карабкаться вверх вдоль его русла, по скользкой глине и осыпающимся камням. Через пятнадцать минут они выбрались на плато и с трудом перевели дыхание. Миллер запустил руку за пазуху, покопался там, и спустя мгновение его тяжелое дыхание сменилось булькающими звуками.

— Что ты делаешь? — спросил Миллер.

— У меня зуб на зуб не попадает от холода. А что значит «готовность No 3», как думаешь?

— Никогда таких указаний не получал. Но что это значит, знаю: кому-то где-то угрожает смертельная опасность.

— Как минимум двое для такого задания мне известны. А что, если Андреа не согласится? Он ведь не наш офицер и не обязан идти с нами. Кроме того, он собирался жениться.

— Андреа пойдет! — в тоне Меллори не было и тени сомнения.

— Почему ты так уверен?