Выглядели они устрашающе: дубинки, шлемы, наколенники, высокие грубые ботинки, перчатки с железными пластинами вроде кастетов, только без шипов. Витек сразу окрестил их кастетными перчатками. Все омоновцы почему-то были раздуты, словно самовары. До него не сразу дошло, что это от бронежилетов. На шлемах спереди были прозрачные забрала, а сзади – пластмассовые фиговины, прикрывающие шею, наподобие роговых отростков у динозавров, которые Витек видел когда-то в детской книжке.

«Серьезно снарядились ребята, – подумал он. – Война тут намечается, что ли? Может, слинять, пока не поздно, от греха подальше?» Но что-то его удержало. Впоследствии он много раз жалел, что не ушел тогда вовремя.

Командиры омоновцев переговаривались по рациям и откровенно враждебно поглядывали на толпу. До Витька донеслось слово «зачищаем», сказанное сначала из рации, а потом повторенное как команда. Омоновцы зашевелились, подняли щиты и двинулись на зрителей. Витек понял, что пора сматываться и побрел по Страстному вниз, хотя в той стороне ему ничего не было надо. По бомжеским понятиям Бульварное кольцо – жуткая дыра. Там малолюдно, нет забегаловок, а значит, нечем поживиться. Но ему совсем не хотелось получить дубинкой по спине или по голове. Его дело маленькое – собрал бутылки, сдал, купил выпить. Остальное его не интересовало. Он не знал, где возьмет сегодня на выпивку, но верил, что так или иначе ее раздобудет. Всегда раздобывал.

Он и не заметил, как впереди образовалась еще одна толпа с флагами, но уже из людей постарше. Появились транспаранты. Витек не стал их читать. Не один ли хрен, что там написано? Он написал бы только два лозунга: «Все – дерьмо» и «Все – козлы».

Толпа двинулась вниз по Страстному. В задних рядах несколько мужиков прихлебывали из жестянок пиво. Витьку так сильно захотелось пива, что он пошел следом.

– Слышь, командир, – попросил он одного и сглотнул слюну, – оставь немного – трубы горят.